Самое страшное из всего, что способно прожить человечество, — однозначно война… Дело, являющееся олицетворением тысяч смертей, неумолкающих сирен, постоянных выстрелов, громких взрывов и враждебной оккупации. Досадно, но факт: за время одного из самых масштабных вооруженных конфликтов, то есть за время Второй мировой, со всеми вышеперечисленными понятиями, в том числе и с тем, как оно жить во время войны, ознакомились миллионы человек из разных стран и городов. Не исключение и краковяне. Детальнее о захвате города немцами и о том, как он жил в 1939-1945 годах, — в материале далее на krakowyes.eu.
Оккупация Кракова
1 сентября 1939 года стало самым трагическим днем для всех тех, чью судьбу изменила Вторая мировая война: именно тогда немецкая армия перешла от простого планирования к непосредственному воплощению в жизнь захватнических замыслов. Первыми бои приняли города Польши. Именно в Краков фашисты дошли на шестой день после начала войны, но бомбы и ракеты летели на город, начиная с того же 1 сентября. Понятно, что подобная атмосфера нагнала большую панику на местных, поэтому десятки тысяч краковян стали выезжать из родного дома сразу же после того, как собственными глазами увидели последствия вражеских прилетов. Нельзя не заметить, что одними из первых город покинули многие представители власти, воеводского руководства, чиновники и работники спецслужб — пожарные, правоохранители и медики.
Конечно, не только из-за этого, но, между прочим ввиду и такого факта, Краков упал за 3 дня: уже 6 сентября 1939 года немецкая армия во главе с В.Листом разгуливала центром города, а польские военные под командованием генерала Антония Шиллинга были вынуждены отступить. Для краковян, разумеется, это стало трагедией, а для фашистов – наоборот праздником. В честь своей победы захватчики сразу же собрали горожан в центре города и торжественно сообщили: теперь хозяева города – они. Так и начались долгие 5 лет 4 месяца и 12 дней оккупации, которые, очевидно, бесследно для краковян не прошли.
Крест столицы Генерал-губернаторства
Первое, что сделали нацисты, захватив Краков, – объявили населенный пункт столицей Генерал-губернаторства – временной административно-территориальной единицы, созданной представителями Германии на оккупированных землях. Для города это имело две стороны медали. С позитива — фашисты не затрагивали его от слова вовсе: если сравнивать с другими разрушенными местами, Краков выглядел обычным населенным пунктом, каким он был и до войны. Напоминали о сентябрьских событиях 1939 разве что разбомбленные в первые дни аэропорт, военная радиостанция, железнодорожный вокзал и костел святого Флориана.
С негатива – город кишел немцами. В так называемую столицу переселяли всех важных для нацистов лиц. Более того — призывали переезжать туда даже среднестатистическое население, потому что, мол, Краков не польский, а город с давними немецкими корнями — такова была враждебная пропаганда, которой оккупанты оправдывали свое «хорошее» отношение к избранной ими столице. Правда, это «хорошее отношение» никак не касалось краковян.
Наибольшей трагедией времен оккупации для местного населения было то, что их силой выселяли из собственных домов, чтобы там жили представители захватнической нации. Для сравнения: до Второй мировой войны в Кракове на постоянной основе находились около тысячи немцев, а в 1944 году их количество уже равнялось более 50 тысячам. Жизнь же тех краковян, которым удалось остаться дома, нацисты превратили в ад, ведь, как писал один из историков, «захватчики обращались с поляками громко и грубо».
Оккупация: что изменилось для краковян?
Краковяне копают противотанковые рвы в 1939 году
Во-первых, у местного населения, как мы уже писали выше, отобрали дома и вообще право жить там, где они этого хотели. Ведь город условно разделили на три зоны: немецкую, смешанную и польскую, и если немцам переходить на другую сторону разрешалось, то вот полякам категорически запрещалось. В 1942 году «большое переселение» достигло пикового уровня абсурдности, ведь из-за эмиграции краковянам не осталось места на малой родине. Следовательно, их отправляли жить за пределы родного города.
Кроме того, на краковян захватчики смотрели не как на людей, а как на рабочую силу. Местных заставляли работать только на немцев, делать это сверхурочно и ни в коем случае не вести собственную предпринимательскую деятельность. Но ужаснее всего, что такая тяжелая работа совершенно не оплачивалась. А если и оплачивалось, то скудными суммами, которых катастрофически не хватало на жизнь. Словом, захватчики соблюдали приказ Ганса Франко: «Поляк должен чувствовать, что его единственная обязанность — работать и только работать».
Еще краковянам, очевидно, запрещалось делать что-либо, что бы противоречило воле оккупантов. Не дай Бог, встретить кого-то за чтением польской прессы или заподозрить в организации какого-нибудь протеста — сразу на расстрел. Но все же хуже всего было местным евреям, ведь их немцы из-за политики расового антисемитизма ненавидели по-особому.
Ненавидели настолько, что желали одного – тотального истребления. Для этого оккупанты все еврейское население, а в Кракове это примерно 60-80 тысяч, разделили на людей пригодных для работы и тех, кого планировали убить. Когорта вторых в марте 1941 года была переселена в гетто — специально отведенная часть города, где жили только евреи: в Кракове таким был район Подгуже. Условия там, конечно же, желали лучшего: места мало, людей много, грязь и сплошная антисанитария. Так 15 тысяч краковских евреев жили до марта 1943 года. После гетто ликвидировали: 8 000 из них, которых немцы сочли годными к работе, перевезли в концлагерь Плашув, а 2 000, которые не подошли, — расстреляли прямо на улицах города.
Тотальная германизация
Выше мы уже упоминали о том, что фашисты, захватив Краков, придумали себе, что это не польский город, а древний немецкий. Откуда взялась легенда и как она пришла в голову захватчикам – неизвестно. Но, чтобы заставить всех, даже и себя, поверить в то утверждение, оккупанты создали специальный исторический институт, который должен был найти подтверждение тем словам, а также начали действовать на месте, чтобы вымысел выглядел правдоподобным.
Согласно тогдашней пропаганде, все краковяне считались коренными жителями Германии. Смешно, но чтобы отнести поляков к другой национальности, достаточно было одного лишь имени или внешности, которые, по мнению недалеких нацистов, и позволяли классифицировать их как немцев… Кроме того, с 1940 года в Кракове оккупанты изменили названия всех улиц населенного пункта. Разумеется, вместо польских наименований появились немецкие: например, площадь Рынок стала площадью имени Адольфа Гитлера. Аналогичная судьба ждала герб города – изображение белого орла на фоне подвинула свастика; и даже на топоним — Krakov изменили на Krakau.
Голод в Кракове
Во время оккупации еду краковянам раздавали по паечным картам. Но эта система была настолько несовершенной, что только частично обеспечивала людей необходимым количеством продуктов. Волновало ли это немцев? Нет. Волновало ли это поляков? Да. Именно поэтому, чтобы банально не умереть от голода, краковяне хоть как-то пытались найти дополнительную еду. Удавалось им это благодаря работе так называемого черного рынка. Единственное, удавалось единицам, ведь на нелегальных рынках цены на продукты выставляли заоблачные. Хотя они и так были космическими: с 1939 по 1944 год цены выросли в 72 раза. Соответственно, поэтому краковяне не доедали, что способствовало распространению различных заболеваний среди населения и, в конце концов, росту показателя смертности.
Не можем не заметить, что в подобных условиях жили (а вернее выживали) все, кто оказался под немецкой оккупацией. Так что таково и есть настоящее лицо фашизма: жестокое, бездушное и кровавое.